«Поэма об Осипе Мандельштаме»

Вышла в свет новая книга Эляны Суодене «Поэма об Осипе Мандельштаме»

Об Элянe Суодене. Доктор гуманитарных наук, «Золотое перо» Европейской академии искусств и литературы, Золотой лауреат национального конкурса “Золотое перо Руси” 2017, автор 17 поэтических сборников среди которых «Метафизика вечной женственности», «Поэма о Карсавине или песнь Элените», «Поэма об Андрее Платонове», «Поэма о Марине Цветаевой», ряд поэтических сборников о Христианстве. Печаталась в литературных альманахах Литвы, России, Латвии, стихи переведены на литовский и венгерский языки. Руководитель Каунасской литературной студии «Поэтоград» при Русском собрании Литвы

13 июня в Вильнюсе прошла презентация книги Эляны Суодене «Поэма об Осипе Мандельштаме». В зале собралась литературная общественность, а также родственница Осипа Мандельштама, госпожа Илона Рукене (её прадед был двоюродным братом прадеда Осипа Мандельштама).

Презентацию открыл председатель международной ассоциации писателей и публицистов Лев Месенгисер. Он предоставил слово Эляне Суодене и отметил, насколько его взволновала глубина погружения автора в творчество поэта. Эляна Суодене рассказала о том, какое влияние оказала поэзия Мандельштама на её жизнь и творчество и, ко- нечно, на создание поэмы о нём.Стихи Осипа Мандельштама и отрывки из поэмы Эляны Суодене прочитали режиcсёр и актер русского драмтеатра Юрий Щуцкий и известная поэтесса Эльвира Поздняя. Гершон Тайц рассказал о своем открытии в биографии Осипа Мандельштама, заполнив пробел периода 1896-1897 годов, не изученного пребывания поэта в Каунасе, как, впрочем, и происхождения его фамилии. «Всю жизнь, до революции 1917 г., семья Мандельштамов была приписана к Ковенской губернии. Осип Мандельштам перешел в протестантизм, чтобы не расставаться с семьей и Петербургом, остальное все - второстепенно. В 21 год он стал взрослым, и по закону о черте оседлости, как еврей, не мог жить в Петербурге. Родители и младшие сыновья, как члены семьи купца 1-ой гильдии, могли жить в Петербурге при согласии властей. Pазрешение выдавалось на определенное время, после истечения которого процедуру надо было повторить. Поэтому, по пути из Варшавы, семья Мандельштамов остановилaсь в Ковно на период 1896-1897 годов, чтобы получить согласие Петербургских властей через Ковенского губернатора. Эта процедура могла продлиться почти год».


Также Гершон Тайц обнаружил и прокомментировал свидетельство о рождении Осипа Мандельштама. Поэт родился 14 января 1891 года в Варшаве, свидетельство о рождении стало достоянием мировой общественности, как, впрочем, и происхождениe фамилии «Мандельштам. Oказывается, что такой фамилии в Курляндской губернии нет, но есть фамилия «Мендельштам». Предки Осипа Мандельштама в конце ХVIII века переехали из Курляндской губернии в Ковенскую губернию, г. Жагоры. Имя основателя фамилии Мандельштам в г. Жагоры - Мендель (род. в 1740 г.). Вроде бы одна буква, но меняется смысл, вербальное значение слова. «Мендель» на идиш, или «Менахем» на иврите, переводится на русский язык как «утешитель». Недаром говорят, что личность ведет себя соответственно своей фамилии. Перейдем кo второму слову - «штам»: на идише одно значение - «ствол», второе значение - «племя» или «род», т.е., вместо обычного перевода - «миндальное дерево» - получаем «род утешителя».
Информация эта уникальна и была озвучена впервые на презентации поэмы в присутствии родственницы поэта, госпожи Илоны. Очень эмоциональным было выступление известного поэта Самойласа Лорманаса. О поэме он говорил своими стихами.


Поэма - гордость за гения,
Боль за его страдания,
История взлетов, гонения,
Есть в ней глубинные знания.
Осип, любовь ее давняя,
Сo школьной скамьи изучена,
Может быть, самая главная,
Может быть, самая лучшая.


Насколько близок Осип Мандельштам по духу автору, Эляне Суодене, говорят такие её слова:


С землею слился воедино,
Стал ее частью составной...
Я слушаю Вселенной ритмы
И становлюсь сама строкой.
Приводим несколько отрывков из её поэмы:
Парадоксальность, многоплановость
Мандельштамовских стихотворений…
Иль двойственность натуры им повелевала?
Иль красота звучания нетленная?
Как будто мир многополярный
Древних языческих эпох
В его стихах вновь оживает,
Магически сгущая кровь.


****


Он даже в нищете был избалован,
Жил в холоде и без сапог,
Но сладкое любил испробовать -
Ни дня без сладкого не мог…
Как-то по-женски был распущен
И легкомыслен птичьи,
Казался дервишем приблудшим
И в постимперской жизни…
А был всего только свободен -
Таким пришёл на этот свет,
Он никакой эпохи
Не вынес бы корсет…
В Тоскану так хотел он,
Хотел в античный мир,
И жаждал к Черноморью
Приблизить древний Рим.


****


Считалось: Мандельштам – художник,
И видит мир сквозь призму слов,
Контакт реальный невозможен,
Заворожён словами мозг…
Но нет, при множестве подтекстов
В нём и естественность живёт,
Так - запах гнили парниковой в детстве,
Единый с ароматом роз.
Потом, в «Концерте на вокзале»,
Тот запах – как одна из нот...
Жива культура в Мандельштаме,
И мира чувствует нутро…


****


Стремился разночинцем быть, как все,
И знал, что он совсем особый -
То современник он ничей,
То оторвать никто не смог бы
Поэта от эпохи Москвошвея,
«Себя губя, себе противореча»,
Он падежи искал к спряжениям,
А текст нашёптывала вечность.
Порой хотел играть с людьми,
Порой от них обособлялся…
О, как он был разноречив,
Созвучен космоса вибрациям!


****


Был верен классике тогда,
Когда грозили казематом,
И в этом его подвиг свят,
Он лицедейством не запятнан…


****


Как Данте был близок России:
Мы счастья желаем для всех...
Поэты, пророки, Мессия...
В Жестокий, безжалостный век.

Прощаясь cо cвоим героем, провожая его в последний путь, Элянa пишет:


Завертывали в простынь,
И сваливали в яму,
Туда ушел и Осип,
Бездомен, гениален...


А через несколько дней в газeтах появилась статья Валерия Голубева о презентации этой замечательной поэмы. Приводим её сокращенное содержание.

Каунасский литературный памятник Осипу Мандельштаму

Стихотворная форма изложения биографии поэта, его взаимоотношений с коллегами, не даёт преимущества перед прозой в информационном плане, но более действенна в плане эмоционального и личностного отношения автора к излагаемому материалу. Эляна полностью погружается в эпоху Серебряного века, в споры символистов и акмеистов, все поэты той поры для неё, как родные. Попытка Мандельштама приспособиться к революции зеркально отразилась в нашем поведении в девяностые годы:

Чему мы можем поучиться?
Как в новом строе выживать,
Как, ощущая себя бывшими,
Не льстить, нацелившись в «друзья».
Как не метаться безуспешно
От неприятия к заискиванию,
То мня себя ладьей, то пешкой,
То, кланяясь - чего б не вышло!

На это Эляна отвечает: “Он нас пределу научил“, за который нельзя переступать.


На грани святости прожить,
Поэту подлинно возможно -
Пред ним другие рубежи,
Пред ним другие горизонты!
Он нас пределу научил -
Когда лишь ты, земля и небо,
И света высоты притин,
Преображающий пределы!

Кажется, что именно в этих лирических, гражданских, философских отклонениях от повествования лучше всего проявляется поэтический дар Эляны Суодене. Они очень эмоциональны и полны смысла. Очень проникновенно звучат строки поэмы, когда автор с негодованием вспоминает тех, кто гнал Мандельштама по кругам его ада, но с благодарностью тех, кто не побоялся заступиться за него. Среди заступников был и литовский поэт и дипломат Юргис Балтрушайтис. Воронежская ссылка как передышка на смертном пути, а «Воронежские тетради» Эляна называет «лебединой песней» мандельштамовской лирики, в них он истинный, «Стихи потоком хлещут». Под его влиянием Эляна пишет свои прекрасные стихи, поражающие тонким лиризмом:

Я хожу по Вселенским орбитам,
Звёзд высоким сияньем дышу,
И, дождём прибалтийским омытый,
Появляется огненный звук:
Я слагаю напевные песни
В золотом ободочке зари,
И церковный серебряный крестик
На небесной высокой груди.


Всё последующее повествование пронизано неподдельной обидой, болью за унижение, которому подвергся гениальный русский поэт, а картина предсмертной бани не исчезает даже в эпилоге! И слышны его стихи:


«Всё перепуталось, и некому сказать,
Что, постепенно холодея,
Всё перепуталось, и сладко повторять:
«Россия, Лета, Лорелея».


Статью подготовили Самоилас Лорманас и Гершон Тайц